РУССКИЙ РОК АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » РУССКИЙ РОК АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ » Стихи и тексты песен » Любимые стихи других авторов


Любимые стихи других авторов

Сообщений 1 страница 30 из 93

1

Юрий Левитанский

Кто-нибудь утром проснется сегодня и ахнет,
и удивится- как близко черемухой пахнет,
пахнет влюбленностью, пахнет любовным признаньем,
жизнь впереди-как еще не раскрытая книга.

Кто-нибудь утром проснется сегодня и ахнет,
и удивится- как быстро черемуха чахнет,
сохнет под окнами деревце, вьюгою пахнет,
пахнет снегами, морозом, зимой, холодами.

Кто-нибудь утром сегодня совсем не проснется,
кто-нибудь тихо губами к губам прикоснется
и задохнется- как пахнет бинтами и йодом,
и стеарином, и свежей доскою сосновой.

В утреннем воздухе пахнет бинтами и йодом,
и стеарином, и свежей доскою сосновой.
Пахнет снегами, морозом, зимой, холодами
и- ничего не поделать- черемухой пахнет.

Пахнет черемухой в утреннем воздухе раннем.
Пахнет влюбленностью, пахнет любовным признаньем.
Что бы там ни было с нами, но снова и снова
пахнет черемухой- и ничего не поделать!

0

2

Лариса Васильева

Что такое современность?
Подчиненье автомату,
вековая соплеменность,
ускользнувшая куда-то,
и ума нивелировка,
разъедающая души,
как серийная обновка,
безразмерная к тому же?

Что такое современность?
Равнодушье поколений,
сердца неприкосновенность,
легкость всех прикосновений
или мысли лапидарность
в каждой высказанной теме?

Высшая неблагодарность-
хаять собственное время.

Современность- это чудо,
разве ты не понимаешь,
что, явившись ниоткуда,
вдруг причастье ощущаешь
к свежевспаханному полю,
к голой высохшей березе,
это счастье, что от боли
слезы стынут на морозе,
это счастье- силу чуя
в сердце или в бренном теле,
жизнью собственной рискуя,
показать себя на деле;
сам- столетия примета-
отражаешь, безусловно,
все, чем держится планета
так непрочно и неровно.

Современность- это чудо,
то отринув, то приемля,
появившись ниоткуда,
лечь в свою родную землю.

0

3

Михаил Луконин

Про это

Вот это и есть то, что называют любовью?
Так это зовется?
Так пишется?
Это и есть?..
Вы руки тяжелые закинете к изголовью,
ночь не ответит.
Дождь забарабанит об жесть.
Будут зимы, и вьюги, и росы на травах,
и звезды, и радости будут.
Разрывы придут.
И только не будет ни виноватых,
ни правых,
ни знающих,
ни умудренных,
ни лечащих тут.
Никогда, никого не распрашивайте об этом-
ни друга,
       ни ветер,
                 ни самую умную ночь.
Ликуйте или страдайте одни,
и не верьте поэтам,
поэты
      и сами себе-то не могут помочь.
Берите всю радость себе,
не отдавайте и муку,
это только вдвоем открывают, уж если любовь.
Воспоминания о любви не годятся в науку,
все не так.
Все по-новому, снова,
не снова, а вновь.
Нельзя объяснить-
что это, со мной или с вами.
Один среди поля,
     под ливнем,
           и ходит гроза.
Об этом никак невозможно чужими словами,
слова не приходят-
молчите глазами в глаза.
Молчите,
чтобы ресницы задели ресницы,
чтоб сердце услышало сердце другое в громах.
Любите друг друга.
Не думайте- явь это все или снится,
любите друг друга, не бойтесь,
не ройтесь в томах.
Ни адреса нет, ни параграфа нету, ни ГОСТа,
будет она неотступна, мучительна, как и со мной.
Не пишется это,
не слышится.
Дышится просто.

Так и поэзия-
дышится жизнью самой.

0

4

Ольга Берггольц

Ответ

А я вам говорю, что нет
напрасно прожитых мной лет,
ненужных пройденных путей,
впустую слышанных вестей.
Нет невоспринятых миров,
нет мнимо розданых даров,
любви напрасной тоже нет-
любви обманутой, больной,
ее нетленно чистый свет
всегда во мне,
всегда со мной.
И никогда не поздно снова
начать всю жизнь,
начать весь путь,
и так, чтоб в прошлом бы ни слова,
ни стона бы не зачеркнуть.

0

5

Юнна Мориц

Уеду, уеду, уеду
В далекую яркую степь,
Где мчатся собаки по следу,
Сплетенному в узкую цепь.

Там хищные птицы кочуют,
И зной не жалеет лица,
И запах собачий почуяв,
Там заячьи рвутся сердца.

Костры я раскладывать буду,
Охотникам ужин варить,
И я навсегда позабуду,
Как нужно с тобой говорить.

Я буду усталая падать,
Но слышать, как ветры гудят.
Пусть небо, и горы, и пади
Меня от тебя оградят.

Я стану угадывать зверя
По травам, растоптанным зло.
Мне смелые люди доверят
Однажды свое ремесло,-

И коршуна влажное тело
Повиснет на ленте ремня.
Уеду! Какое мне дело,
Как ты проживешь без меня.

0

6

Сильва Капутикян

Не думай, что был ты всех лучше и выше.
Уж так получилось! Уж так это вышло!
Давили те дни, словно чья-то немилость.
За дверью дождливая осень дымилась.
Оттуда, снаружи,- ни слуха, ни духа.
Стучали часы монотонно и глухо.
Как слезы стучали-
тоску источали,
Тоску, что казалась такою бездонной,
Что в собственном доме была я бездомной.
Чернел телефон- глыба камня немого,
За дверью дождливая осень дымилась,
А сердце так к сердцу другому стремилось,
Что было в неправду поверить готово.

0

7

Сильва Капутикян

Небрежно и щедро я жизнь прожила,
Подобно ребенку, подобно царице.
Быть может, я слабая слишком была,
Быть может, я силою вправе гордиться.

Я верила смело- мне лгали подряд,
Но вместо проклятий, уверясь в обмане,
Сама от него отвратила я взгляд,
Чтоб только не видеть его покаяний.

Ни шла ни за кем я, смиреньем дыша,
Где б дверь запереть- отворяла я двери,
В разлуке (...) не считала душа
Незримые беды свои и потери.

Где нужно держать,- я твердила: "Уйди!"
Где нужно вернуть- не бежала вдогонку.
Беспечно теряла находки свои,
Где тихо бы плакать- смеялась я звонко.

Быть может, я слабая слишком была,
Быть может, я силою вправе гордиться.
Беспечно и щедро я жизнь прожила
Подобно ребенку, подобно царице.


сорри слово вылетело из головы ((( вспомню- отредактирую

0

8

Вероника Тушнова

Мне без тебя не празднично,
Не счастливо, не весело.
Я никогда не думала,
Чтоб жизнь так мало весила,
Чтоб жизнь так мало стоила,
Так медленно текла,
Была такой пустою
Без твоего тепла.

...А утро здесь лиловое,
Румяное, скрипучее.
Курчавятся над кровлями
Дымки благополучия.

...А день просторный, белый,
Как чаша молока,
И пахнут клюквой спелой
Январские снега.

...А вечер нежный, мягкий,
Серебряный, березовый,
Для счастья предназначенный
И прочь зачем-то вырваный,
Разорваный и смятый,
Как лист бумаги бросовой.

0

9

Нинель Созинова

И снег летит и тает снег,
Встречаем птиц и провожаем.
Все так же дорог человек-
Цветет ли мак, лежит ли снег-
Все так же я ему чужая.

И я себе который год
Твержу и вольно, и невольно:
Мол, снег сойдет и все пройдет,
Твержу себе который год:
"Уже прошло, уже не больно".

Я лгу себе немало лет
И жду, что правдой обернется
Та ложь, в которой спросу нет.
Я лгу себе немало лет,
А боль со мной не расстается.

Он где-то рядом- человек.
От боли мне не уберечься,
Как берегам от полных рек...

Обыкновенный человек-
А не сбежать и не отречься.

0

10

Маргарита Алигер

Тебя я встретила сейчас,
Прошел ты мимо отчужденно.
И, как в бреду, пустились в пляс
Дома, деревья и газоны.

Не видя ничего вокруг,
Иду средь уличного гула...
Кого-то не узнала вдруг,
Кого-то, кажется, толкнула.

А сердце мечется, любя,
Стучит с неистовою силой.
А я-то думала, забыла,
Давно забыла я тебя.

0

11

... Рябоконь

А люди не могут никак примириться:
Им нужно погоды- устойчивой, жаркой.
Но... мечутся черными искрами птицы
Меж голых стволов засыпающих парков.

И даль- все туманней, проспекты- все строже,
Рассветы печальные светят вполсвета.
И грустно шуршат под ногами прохожих
Прочтенные письма ушедшего лета.

0

12

Григорий Поженян

Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.
Это наивно, и это не ново.
Не исчезай, петушиное слово:
Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.
Толстых, худых, одиноких, недужных,
робких, лихих. Обязательно нужно.
Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

Лось возвращенье весны протрубил.
Ласточка крылья над ним распластала.
Этого мало, как этого мало!-
Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

Чистой воды морякам под килем,
Чистого неба летающим в небе.
Думайте, люди, о боге, о хлебе,
Но не забудьте, пока мы живем:

Нет раздвоенья у супер-турбин.
Нет у земли ни конца, ни начала.
Мозг человеческий- как это мало!
Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

0

13

Е. Корякина

Мозаика

Я- мозаика,
Пестрая, яркая,
Как листья осины
Под солнцем и ветром,
Только мозаика,
Вся-
лишь мозаика.
Просто глаза-
не я,
Песни, стихи-
не я,
Походка спасающейся ящерицы-
Не я.
Я-
когда все это вместе,
Как мозаика.
А мне говорят:
-Мы знаем тебя.-
И еще говорят:
-Ты- стихи.
Нет, нет, ты- голос.-
И еще говорят:
-Ты- глаза...-
Так они говорят
И не знают,
Что я- мозаика.
Можно рассыпать меня
на кусочки:
Отдельно- руки,
Отдельно- глаза,
Отдельно- стихи и песни...
Но это уже
не я.
Я- мозаика.
Не делите меня,
Не рвите,
Не сыпьте:
Я- мозаика.
Вся из кусочков,
Но обязательно вместе.
И только когда огромное горе,
Я вся- глаза.
Когда же мне больно
Или отчаянно грустно,
Я вся- стихи
И песни,
Которых я никогда не пою...
Но вместе- мозаика.
Пестрая,
яркая,
Как листья осины
Под солнцем и ветром.
Только мозаика,
Вся- лишь мозаика....

0

14

Н. А. Некрасов

Я не люблю иронии твоей.
Оставь ее отжившим и не жившим,
А нам с тобой, так горячо любившим,
Еще остаток чувства сохранившим,-
Нам рано предаваться ей!

Пока еще застенчиво и нежно
Свидание продлить желаешь ты,
Пока еще кипят во мне мятежно
Ревнивые тревоги и мечты-
Не торопи развязки неизбежной!

И без того она не далека:
Кипим сильней, последней жаждой полны,
Но в сердце тайный холод и тоска...
Так осенью бурливее река,
Но холодней бушующие волны.

Отредактировано Сияние* (2005-10-27 10:08:33)

0

15

2 Сияние*

спасибо за стихи! а я буду кое что кидать сюда... если не буду лениться :)

0

16

Юля Шабуня
СЕВЕРНЫЕ ПИСЬМА. (Здравствуйте, Принц).

*письмо первое (о наступлении зимы)*

здравствуйте, Принц... зима наступает и будет суровой...
климат такой... мы исправно приносим жертвы богам...
Принц, я пишу Вам ночами - нижу слово к слову,
словно браслеты янтарные, что по ногам-по рукам
вьются моим... Принц, а ночи у нас все морознее...
взгляды людей все жестче... боятся голода...
Принц, а в стране Вашей деревья непременно розовые...
и слоны беспрепятственно бродят по улицам города...
и девушки украшены перьями (новые веянья)...
но я люблю свой край... рыбаки ловят рыбу...
рукавицы у меня меховые... глазами добрыми глядят олени...
на их поляне любимой мох буро-рыжий...

*письмо второе (о глинтвейне)*

Здравствуйте, Принц... в нашем городе холодно, сыро...
рассветы приходят внезапно... Вы помните, Принц?...
сидим у камина, читаем, вино заедаем сыром...
ближе к закату соленая капля сорвется с ресниц...
простите мне, Принц... я стараюсь плакать пореже...
народ наш суров... мы с детства приучены к шторму...
придворный лекарь сказал - я больна надеждой...
оттого и плачу... пройдет, Принц, ну что Вы...
отец сказал мне - дочурка, потерпим-потерпим...
из пряностей, что привезли Вы, осталась корица...
глинтвейн получается ненастоящий, терпкий...
придворный лекарь сказал - что им невозможно лечиться...

*письмо третье (о низости)*

знаете, Принц, отец снова плакал в моих покоях...
сказал - не возьмет меня в жены последний нищий...
сказал - я испорчена... что-то еще... я всего не упомню...
я слишком низко упала... нельзя падать ниже...
я теребила янтарные бусинки... Принц мой,
разве возможно быть ниже любви к Вам и ниже
нежности?.. письма мои с рассветом уносят птицы...
олени губами мягкими мох жуют... буро-рыжий...
отец был так пьян... порывался сброситься с крыши...
ворвался придворный лекарь... выбил двери...
принес письмо от Вас... отец сказал - он сам их пишет...
отец был пьян... эль так крепок... отцу я не верю...

*письмо четвертое (о буром ягеле)*

Принц мой, все солнце горячей страны Ваша кожа впитала...
Принц мой, глаза Ваши словно янтарь в моих бусах...
имя мое ломкой льдинкой - на жаркий язык Ваш... растаяло...
тело мое в мягкий ягель упало, как будто
тонкий камыш подломился с негромким треском...
каплю янтарную между ключиц Вы губами ловили...
ступни мои помещались в ладонях у Вас... оставалось место...
сандалии были из мягкой кожи... не ремни - жилы
тонкие вились вокруг щиколоток... к коленям и выше,
Принц, поднимались ладони горячие Ваши... птицы
кричали... мох на поляне стал красным... потом буро-рыжим...
в ветер вплелись мои крики и шепот "Принц мой..."

*письмо пятое (о тесных платьях)*

Принц, здесь так холодно, что замерзают чернила...
вижу Вас в каждом прохожем - хотела выколоть глаз...
расспрашиваю о дальних странах всех пилигримов...
Ваша страна далеко... пилигримы не знают о Вас...
рисую горячее солнце и оленей с глазами умными...
рыбы становится меньше... дрова прогорают так быстро...
один пилигрим научил меня мантре такой - "ом-мани-мон-ами"...
я повторяю ее постоянно... хотя и не вижу в ней смысла...
придворный лекарь казнен был на площади, перед народом...
теперь отца некому стало сдерживать, если тот плачет...
реки замерзли... поэтому, Принц, Ваши письма ко мне не доходят...
мне отчего-то стали тесны все мои платья...


*письмо шестое (о боли)*

Принц... золотая весна добралась к нам, сломав ледяные торосы...
улыбки на лицах суровых мужчин... солнце льет из ведра
лучи золотые на светлую кожу, меха можно сбросить...
здравствуйте, Принц мой... здравствуйте, Принц мой... здра...
больно, как больно... как больно... "смочите водой повязку...
кладите Принцессе повязку... лоб у Принцессы горячий...
больно... как больно... любить разве больно... разве...
девочка... девочка... дочка, Принцесса... послушайте, плачет...
полно, Принцесса... все как положено... вытрем ресницы...
слезы уже ни к чему... время ставит все точки..."
вбежали в покои слуги... кричали - Принц в нашей столице...
а я не услышала, Принц... простите мне... громко плакала дочка...

*письмо седьмое (о главном)*

доброе утро, мой Принц...
______________________________________________________

вот такие удивительные стихи... изумительные.

0

17

иосиф александрович

cтихи под эпиграфом

          "То, что дозволено Юпитеру,
          не дозволено быку..."

     Каждый пред Богом
         наг.
     Жалок,
        наг
         и убог.
     В каждой музыке
         Бах,
     В каждом из нас
         Бог.
     Ибо вечность --
         богам.
     Бренность --
         удел быков...
     Богово станет
         нам
     Сумерками богов.
     И надо небом
         рискнуть,
     И, может быть,
         невпопад
     Еще не раз нас
         распнут
     И скажут потом:
         распад.
     И мы
        завоем
         от ран.
     Потом
         взалкаем даров...
     У каждого свой
         храм.
     И каждому свой
         гроб.
     Юродствуй,
        воруй,
         молись!
     Будь одинок,
         как перст!..
     ...Словно быкам --
         хлыст,
     вечен богам
         крест.

0

18

иосиф александрович

                    глаголы.

     Меня окружают молчаливые глаголы,
     похожие на чужие головы
         глаголы,
     голодные глаголы, голые глаголы,
     главные глаголы, глухие глаголы.

     Глаголы без существительных. Глаголы -- просто.
     Глаголы,
         которые живут в подвалах,
     говорят -- в подвалах, рождаются -- в подвалах
     под несколькими этажами
     всеобщего оптимизма.

     Каждое утро они идут на работу,
     раствор мешают и камни таскают,
     но, возводя город, возводят не город,
     а собственному одиночеству памятник воздвигают.

     И уходя, как уходят в чужую память,
     мерно ступая от слова к слову,
     всеми своими тремя временами
     глаголы однажды восходят на Голгофу.

     И небо над ними
     как птица над погостом,
     и, словно стоя
         перед запертой дверью,
     некто стучит, забивая гвозди
     в прошедшее,
     в настоящее,
     в будущее время.

     Никто не придет, и никто не снимет.
     Стук молотка
     вечным ритмом станет.

     Земли гипербол лежит под ними,
     как небо метафор плывет над нами!

Отредактировано Дарьюшка (2005-10-28 06:10:57)

0

19

иосиф алексанрович

холмы.

     Вместе они любили
     сидеть на склоне холма.
     Оттуда видны им были
     церковь, сады, тюрьма.
     Оттуда они видали
     заросший травой водоем.
     Сбросив в песок сандалии,
     сидели они вдвоем.

     Руками обняв колени,
     смотрели они в облака.
     Внизу у кино калеки
     ждали грузовика.
     Мерцала на склоне банка
     возле кустов кирпича.
     Над розовым шпилем банка
     ворона вилась, крича.

     Машины ехали в центре
     к бане по трем мостам.
     Колокол звякал в церкви:
     электрик венчался там.
     А здесь на холме было тихо,
     ветер их освежал.
     Кругом ни свистка, ни крика.
     Только комар жжужал.

     Трава была там примята,
     где сидели они всегда.
     Повсюду черные пятна --
     оставила их еда.
     Коровы всегда это место
     вытирали своим языком.
     Всем это было известно,
     но они не знали о том.

     Окурки, спичка и вилка
     прикрыты были песком.
     Чернела вдали бутылка,
     отброшенная носком.
     Заслышав едва мычанье,
     они спускались к кустам
     и расходились в молчаньи --
     как и сидели там.

        ___

     По разным склонам спускались,
     случалось боком ступать.
     Кусты перед ними смыкались
     и расступались опять.
     Скользили в траве ботинки,
     меж камней блестела вода.
     Один достигал тропинки,
     другой в тот же миг пруда.

     Был вечер нескольких свадеб
     (кажется, было две).
     Десяток рубах и платьев
     маячил внизу в траве.
     Уже закат унимался
     и тучи к себе манил.
     Пар от земли поднимался,
     а колокол все звонил.

     Один, кряхтя, спотыкаясь,
     другой, сигаретой дымя --
     в тот вечер они спускались
     по разным склонам холма.
     Спускались по разным склонам,
     пространство росло меж них.
     Но страшный, одновременно
     воздух потряс их крик.

     Внезапно кусты распахнулись,
     кусты распахнулись вдруг.
     Как будто они проснулись,
     а сон их был полон мук.
     Кусты распахнулись с воем,
     как будто раскрылась земля.
     Пред каждым возникли двое,
     железом в руках шевеля.

     Один топором был встречен,
     и кровь потекла по часам,
     другой от разрыва сердца
     умер мгновенно сам.
     Убийцы тащили их в рощу
     (по рукам их струилась кровь)
     и бросили в пруд заросший.
     И там они встретились вновь.

        ___

     Еще пробирались на ощупь
     к местам за столом женихи,
     а страшную весть на площадь
     уже принесли пастухи.
     Вечерней зарей сияли
     стада густых облаков.
     Коровы в кустах стояли
     и жадно лизали кровь.

     Электрик бежал по склону
     и шурин за ним в кустах.
     Невеста внизу обозленно
     стояла одна в цветах.
     Старуха, укрытая пледом,
     крутила пред ней тесьму,
     а пьяная свадьба следом
     за ними неслась к холму.

     Сучья под ними трещали,
     они неслись, как в бреду.
     Коровы в кустах мычали
     и быстро спускались к пруду.
     И вдруг все увидели ясно
     (царила вокруг жара):
     чернела в зеленой ряске,
     как дверь в темноту, дыра.

        ___

     Кто их оттуда поднимет,
     достанет со дна пруда?
     Смерть, как вода над ними,
     в желудках у них вода.
     Смерть уже в каждом слове,
     в стебле, обвившем жердь.
     Смерть в зализанной крови,
     в каждой корове смерть.

     Смерть в погоне напрасной
     (будто ищут воров).
     Будет отныне красным
     млеко этих коров.
     В красном, красном вагоне
     с красных, красных путей,
     в красном, красном бидоне --
     красных поить детей.

     Смерть в голосах и взорах.
     Смертью полн воротник. --
     Так им заплатит город:
     смерть тяжела для них.
     Нужно поднять их, поднять бы.
     Но как превозмочь тоску:
     если убийство в день свадьбы,
     красным быть молоку.

        ___

     Смерть -- не скелет кошмарный
     с длинной косой в росе.
     Смерть -- это тот кустарник,
     в котором стоим мы все.
     Это не плач похоронный,
     а также не черный бант.
     Смерть -- это крик вороний,
     черный -- на красный банк.

     Смерть -- это все машины,
     это тюрьма и сад.
     Смерть -- это все мужчины,
     галстуки их висят.
     Смерть -- это стекла в бане,
     в церкви, в домах -- подряд!
     Смерть -- это всЈ, что с нами --
     ибо они -- не узрят.

     Смерть -- это наши силы,
     это наш труд и пот.
     Смерть -- это наши жилы,
     наша душа и плоть.
     Мы больше на холм не выйдем,
     в наших домах огни.
     Это не мы их не видим --
     нас не видят они.

        ___

     Розы, герань, гиацинты,
     пионы, сирень, ирис --
     на страшный их гроб из цинка --
     розы, герань, нарцисс,
     лилии, словно из басмы,
     запах их прян и дик,
     левкой, орхидеи, астры,
     розы и сноп гвоздик.

     Прошу отнести их к брегу,
     вверить их небесам.
     В реку их бросить, в реку,
     она понесет к лесам.
     К черным лесным протокам,
     к темным лесным домам,
     к мертвым полесским топям,
     вдаль -- к балтийским холмам.

        ___

     Холмы -- это наша юность,
     гоним ее, не узнав.
     Холмы -- это сотни улиц,
     холмы -- это сонм канав.
     Холмы -- это боль и гордость.
     Холмы -- это край земли.
     Чем выше на них восходишь,
     тем больше их видишь вдали.

     Холмы -- это наши страданья.
     Холмы -- это наша любовь.
     Холмы -- это крик, рыданье,
     уходят, приходят вновь.
     Свет и безмерность боли,
     наша тоска и страх,
     наши мечты и горе,
     все это -- в их кустах.

     Холмы -- это вечная слава.
     Ставят всегда напоказ
     на наши страданья право.
     Холмы -- это выше нас.
     Всегда видны их вершины,
     видны средь кромешной тьмы.
     Присно, вчера и ныне
     по склону движемся мы.
     Смерть -- это только равнины.
     Жизнь -- холмы, холмы.

0

20

иосиф алексанрович                   

                        * * *

     В деревне Бог живет не по углам,
     как думают насмешники, а всюду.
     Он освящает кровлю и посуду
     и честно двери делит пополам.
     В деревне он -- в избытке. В чугуне
     он варит по субботам чечевицу,
     приплясывает сонно на огне,
     подмигивает мне, как очевидцу.
     Он изгороди ставит. Выдает
     девицу за лесничего. И в шутку
     устраивает вечный недолет
     объездчику, стреляющему в утку.
     Возможность же все это наблюдать,
     к осеннему прислушиваясь свисту,
     единственная, в общем, благодать,
     доступная в деревне атеисту.

0

21

иосиф алексанрович

                  postscriptum

     Как жаль, что тем, чем стало для меня
     твое существование, не стало
     мое существованье для тебя.
     ...В который раз на старом пустыре
     я запускаю в проволочный космос
     свой медный грош, увенчанный гербом,
     в отчаянной попытке возвеличить
     момент соединения... Увы,
     тому, кто не способен заменить
     собой весь мир, обычно остается
     крутить щербатый телефонный диск,
     как стол на спиритическом сеансе,
     покуда призрак не ответит эхом
     последним воплям зуммера в ночи.

0

22

а вообще, читайте иосифа александровича.

бродский - наше все.

0

23

веронюся тушнова

Мне говорят:
нету такой любви.
Мне говорят:
как все,
так и ты живи!
Больно многого хочешь,
нету людей таких.
Зря ты только морочишь
и себя и других!
Говорят: зря грустишь,
зря не ешь и не спишь,
не глупи!
Всё равно ведь уступишь,
так уж лучше сейчас
уступи!
...А она есть.
Есть.
Есть.
А она - здесь,
здесь,
здесь,
в сердце моём
тёплым живёт птенцом,
в жилах моих
жгучим течёт свинцом.
Это она - светом в моих глазах,
это она - солью в моих слезах,
зренье, слух мой,
грозная сила моя,
солнце моё,
горы мои, моря!
От забвенья - защита,
от лжи и неверья - броня...
Если её не будет,
не будет меня!
...А мне говорят:
нету такой любви.
Мне говорят:
как все,
так и ты живи!
А я никому души
не дам потушить.
А я и живу, как все
когда-нибудь
будут жить!

__________________________________________

веронюсю люблю за искренность. великая женщина.

0

24

веронюся тушнова

Нам двоим посвященная,
очень краткая,
очень долгая,
не по-зимнему черная,
ночь туманная, волглая,
неспокойная, странная...
Может, все еще сбудется?
Мне - лукавить не стану
все глаза твои чудятся,
то молящие, жалкие,
то веселые, жаркие,
счастливые,
изумленные,
рыжевато-зеленые.
Переулки безлюдные,
непробудные улицы...
Мне - лукавить не буду -
все слова твои чудятся,
то несмелые, нежные,
то тревожные, грешные,
простые,
печальные
слова прощальные.
Эхо слышу я древнее,
что в полуночи будится,
слышу крови биение...
Может, все-таки сбудется?
Ну, а если не сбудется,
разве сгинет, забудется
тех мгновений течение,
душ заблудших свечение?

0

25

веронюся тушнова

Не знаю - права ли,
не знаю - честна ли,
не помню начала,
не вижу конца...
Я рада,
что не было встреч под часами,
что не целовались с тобой
у крыльца.
Я рада, что было так немо и прямо,
так просто и трудно,
так нежно и зло,
что осенью пахло
тревожно и пряно,
что дымное небо на склоны ползло.
Что сплетница сойка
до хрипу кричала,
на все побережье про нас раззвоня.
Что я ничего тебе
не обещала
и ты ничего не просил
у меня.
И это нисколько меня не печалит,-
прекрасен той первой поры неуют...
Подарков не просят
и не обещают,
подарки приносят
и отдают.

0

26

веронюся тушнова

Сто часов счастья...
Разве этого мало?
Я его, как песок золотой,
намывала,
собирала любовно, неутомимо,
по крупице, по капле,
по искре, по блестке,
создавала его из тумана и дыма,
принимала в подарок
от каждой звезды и березки...
Сколько дней проводила
за счастьем в погоне
на продрогшем перроне,
в гремящем вагоне,
в час отлета его настигала
на аэродроме,
обнимала его, согревала
в нетопленном доме.
Ворожила над ним, колдовала...
Случалось, бывало,
что из горького горя
я счастье свое добывала.
Это зря говорится,
что надо счастливой родиться.
Нужно только, чтоб сердце
не стыдилось над счастьем трудиться,
чтобы не было сердце
лениво, спесиво,
чтоб за малую малость
оно говорило "спасибо".
Сто часов счастья,
чистейшего, без обмана.
Сто часов счастья!
Разве этого мало?

0

27

веронюся тушнова

Я ЖЕЛАЮ ТЕБЕ ДОБРА!

Улыбаюсь, а сердце плачет
в одинокие вечера.
Я люблю тебя.
Это значит -
я желаю тебе добра.
Это значит, моя отрада,
слов не надо и встреч не надо,
и не надо моей печали,
и не надо моей тревоги,
и не надо, чтобы в дороге
мы рассветы с тобой встречали.
Вот и старость вдали маячит,
и о многом забыть пора...
Я люблю тебя.
Это значит -
я желаю тебе добра.
Значит, как мне тебя покинуть,
как мне память из сердца вынуть,
как не греть твоих рук озябших,
непосильную ношу взявших?
Кто же скажет, моя отрада,
что нам надо,
а что не надо,
посоветует, как же быть?
Нам никто об этом не скажет,
и никто пути не укажет,
и никто узла не развяжет...
Кто сказал, что легко любить?

0

28

не удержалась и решила пофлудить еще :)

владимир владимирович маяковский

лиличка!
вместо письма.

Дым табачный воздух выел.
Комната -
глава в крученыховском аде.
Вспомни -
за этим окном
впервые
руки твои, исступленный, гладил.
Сегодня сидишь вот,
сердце в железе.
День еще -
выгонишь,
можешь быть, изругав.
В мутной передней долго не влезет
сломанная дрожью рука в рукав.
Выбегу,
тело в улицу брошу я.
Дикий,
обезумлюсь,
отчаяньем иссечась.
Не надо этого,
дорогая,
хорошая,
дай простимся сейчас.
Все равно
любовь моя -
тяжкая гиря ведь -
висит на тебе,
куда ни бежала б.
Дай в последнем крике выреветь
горечь обиженных жалоб.
Если быка трудом уморят -
он уйдет,
разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей,
мне
нету моря,
а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Захочет покоя уставший слон -
царственный ляжет в опожаренном песке.
Кроме любви твоей,
мне
нету солнца,
а я и не знаю, где ты и с кем.
Если б так поэта измучила,
он
любимую на деньги б и славу выменял,
а мне
ни один не радостен звон,
кроме звона твоего любимого имени.
И в пролет не брошусь,
и не выпью яда,
и курок не смогу над виском нажать.
Надо мною,
кроме твоего взгляда,
не властно лезвие ни одного ножа.
Завтра забудешь,
что тебя короновал,
что душу цветущую любовью выжег,
и суетных дней взметенный карнавал
растреплет страницы моих книжек...
Слов моих сухие листья ли
заставят остановиться,
жадно дыша?

Дай хоть
последней нежностью выстелить
твой уходящий шаг.

0

29

Дарьюшка! спасибо! суперррррр- не то слово ))))
как там говорил Булгаковский герой? " Я восхищен" ?
чувствую то же самое )))
буду читать ))) спасибо за совет )))

0

30

Дарьюшка! спасибо! суперррррр- не то слово ))))
как там говорил Булгаковский герой? " Я восхищен" ?
чувствую то же самое )))
буду читать ))) спасибо за совет )))

you are welcom :)

на самом деле хороших стихов очень много... это только крупинка! читайте поэзию.

спасибо тебе что про веронюсю напомнила :)

0


Вы здесь » РУССКИЙ РОК АВТОРСКАЯ ПЕСНЯ » Стихи и тексты песен » Любимые стихи других авторов